Осада Иерусалима (1099)

Осада Иерусалима (1099)
В рамках 1-го крестового похода

Крестоносцы у стен Иерусалима, миниатюра, XIII век
Дата 7 июня15 июля 1099
Место Иерусалим
Итог Победа крестоносцев
Стороны
Крестоносцы Фатимиды
Командующие
Готфрид Бульонский
Раймунд Тулузский
Ифтикар ад-Даула
Силы сторон
1 200 – 1300 рыцарей и 12 000 пехотинцев Неизвестно
Потери
Неизвестно Почти все население города
Никея • Дорилея • АнтиохияИерусалим • Аскалон

Осада Иерусалима происходила с 7 июня по 15 июля 1099 года во время 1-го крестового похода.

Содержание

Предшествующие события

Крестоносцы продолжили поход к Иерусалиму лишь спустя полгода после окончательного падения Антиохии 28 июня 1098 года. За эти несколько месяцев армия понесла серьезные потери — в августе в лагере христиан началась эпидемия тифа, которая унесла жизни нескольких тысяч человек, в том числе папского легата и духовного лидера крестоносцев епископа Адемара Монтейльского.

В стане военачальников крестоносцев продолжались раздоры. Провансальский маркграф Раймунд Тулузский, верный своему союзу с императором Византии Алексеем Комниным, долго отказывался признать справедливыми притязяния Боэмунда Тарентского на Антиохию, но в конце концов под давлением соратников ему пришлось уступить. Боэмунд был провозглашен князем Антиохии, после чего решил остаться править в новообразованном государстве и не продолжать поход. Балдуин Булонский, который правил в основанном им в 1098 году графстве Эдесском, тоже не собирался присоединяться к походу на Иерусалим.

В ноябре 1098 года граф Раймунд Тулузский и подчиненные ему рыцари Прованса выдвинулись из Антиохии на юго-восток к Маарре (Мааррат ан-Нуман) и 23 ноября осадили город. По приказу Раймунда из вырубленного в окрестностях леса были построены осадные орудия, и в том числе башня в четыре яруса, с верхней площадки которой крестоносцы метали в осажденных камни. Гарнизон Маарры упорно сопротивлялся, в свою очередь забрасывая лагерь христиан камнями, стрелами и греческим огнем. Вскоре к осаде присоединилась норманнская армия Боэмунда Тарентского — будучи давним соперником Раймунда, он не хотел, чтобы тот взял Маарру единолично, — и 11 декабря 1098 года Маарра, атакованная сразу с двух сторон, пала, после чего крестоносцы разграбили город и почти поголовно истребили его население.

Продолжение похода

К концу года простые воины начали проявлять недовольство тем, что поход затягивается, и грозили отправиться к своей главной цели — Иерусалиму — самостоятельно, не дожидаясь, пока примут решение военачальники. Возмущение было настолько велико, что лидеры крестоносцев были вынуждены прислушаться к голосу воинов, и 13 января 1099 года продолжить поход на юг, в сторону Иерусалима. Продвигаясь по побережью Средиземного моря, армия христиан практически не встречала сопротивления. По пути успев осадить Архас, Тортосу и Джабалу, крестоносцы, чтобы не терять времени, обоходили стороной Тир, Акру, Кесарею и другие хорошо укрепленные города. Достигнув Рамлы, военачальники похода опять разошлись во мнениях относительно того, как поступить дальше — напасть на Дамаск или поразить Фатимидов в Каире. Однако было принято решение не отступать от намеченной цели и продолжить наступление на Иерусалим.

Осада

Во вторник 7 июня 1099 года крестоносцы добрались до Иерусалима. Многие воины плакали, увидев стены священного города, ради завоевания которого вышли в поход три года назад.

Роберт Нормандский разбил лагерь с северной стороны около церкви Св. Стефана. Далее расположилась армия Роберта Фландрского. Отряды Готфрида Бульонского и Танкреда Тарентского стояли на западе напротив башни Давида и Яффских ворот, через которые обычно проходили прибывшие из Европы паломники. На юге занял позиции Раймунд Тулузский, укрепившись на горе Сион близ церкви Св. Марии. Армия крестоносцев, согласно хронике [1] Раймунда Ажильского, состояла из 1200—1300 рыцарей и 12 000 пехотинцев (в начале похода их было соответственно около 7000 и 20 000 человек).

Осада Иерусалима во многом повторяла историю осады Антиохии. Перед прибытием врага эмир Фатимидов изгнал из Иерусалима местных христиан и укрепил крепостные стены. Крестоносцы же — как и полгода назад — из-за нехватки продовольствия и воды претерпевали бо́льшие мучения, нежели осажденные. Мусульмане надежно охраняли окрестные колодцы, поэтому крестоносцам приходилось приносить воду из источника в 10 километрах от города в бурдюках, наскоро сшитых из бычьих шкур. [2]

Понимая, что с каждым днем положение будет только усугубляться, 13 июня крестоносцы попытались штурмовать крепостные стены. Поднявшись по приставным лестницам, они вступили с гарнизоном Иерусалима в рукопашный бой, однако осажденные отбили атаку. 17 июня в Яффу прибыли генуэзские корабли с продовольствием — благодаря чему угроза смерти от голода ненадолго отступила — и различные инструменты для сооружения военных машин. В тот же день Раймунд Тулузский направил в гавань отряд из сотни рыцарей для охраны судов, но те столкнулись с засадой мусульман, и в завязавшемся бою обе стороны понесли потери. В конце июня дошли вести о том, что из Египта на помощь Иерусалиму выдвинулась фатимидская армия.

Крестное шествие

В начале июля одному из монахов явилось видение епископа Адемара Монтейльского, год назад скончавшегося в Антиохии, который предписал воинам «устроить бога ради крестное шествие вокруг укреплений Иерусалима, усердно молиться, творить милостыню и соблюдать пост» и тогда на девятый день Иерусалим падет (это предсказание сбылось). [3] Замечание относительно поста было совершенно излишним, така как воины и так голодали и были «доведены до такой мучительной жажды, что никто не мог за денарий получить воды в достаточном количестве, чтобы утолить свою жажду». [4]

Тем не менее 6 июля военачальники и епископы провели совет, на котором решили исполнить предписание Адемара, и в пятницу 8 июля босые крестоносцы в сопровождении своих духовных наставников — Петра Пустынника, Раймунда Ажильского и Арнульфа Шокесского — провели крестную процессию вокруг стен Иерусалима и, распевая псалмы, дошли до Масличной горы.

Штурм Иерусалима

Понимая, что пассивная осада может затянуться надолго, крестоносцы ушли далеко в глубь Самарии, чтобы нарубить деревьев для осадных машин (в окрестностях Иерусалима лесов не было, тогда как в Самарии росли «бесчисленные плодовые деревья» [5]), после чего плотники Готфрида Бульонского и Раймунда Тулузского соорудили две осадные башни, метательные машины и другие военные приспособления. Затем состоялся совет, на котором было отдан приказ готовиться к схватке: [6]

Пусть каждый человек приготовится к бою на 14-е. Пока же пусть все пребывают на страже, молятся и творят милостыню. Повозки вместе с мастерами пусть будут впереди с тем, чтобы мастеровые снесли стволы, колья и жерди, а девицы пускай плетут фашины из прутьев. Повелевается, чтобы каждые два рыцаря изготовили один плетеный щит, либо лестницу. Выкиньте прочь всякие сомнения насчет того, чтобы сразиться за бога, ибо в ближайшие же дни он завершит ваши ратные труды. Все это было тщательно выполнено. Затем постановили, кто из князей, действуя со своими людьми, какую часть города будет атаковать и в каких местах будут пущены в ход осадные орудия, а также какие именно.

Штурм Иерусалима начался на рассвете 14 июля. Крестоносцы забрасывали город камнями из метательных машин, а мусульмане осыпали их градом стрел и бросали со стен утыканные гвоздями «просмоленные <…> деревяшки, обертывая их в горящие тряпки». [7] Обстрел камнями, однако, не причинил городу особого вреда, так как мусульмане защитили стены мешками, набитыми хлопком и отрубями, которые смягчали удар. Под непрекращающимся обстрелом — как пишет [8] Гийом Тирский, «стрелы и дротики сыпались на людей с обеих сторон, подобно граду» — крестоносцы пытались придвинуть к стенам Иерусалима осадные башни, однако им мешал опоясывающий город глубокий ров, который начали засыпать еще 12 июля.

Штурм Иерусалима продолжался весь день, но город держался, несмотря на то, что противники были «утомлены до крайности». [9] Когда наступила ночь, обе стороны продолжали бодрствовать — мусульмане боялись, что последует новая атака, а христиане опасались, что осажденным удастся каким-то образом поджечь осадные орудия. Утром 15 июля, когда ров был засыпан, крестоносцы смогли наконец беспрепятственно приблизить башни к крепостным стенам и поджечь защищающие их мешки — так что «дуновение северного ветра <…> погнало в город такой густой дым, надвигавшийся все беспощаднее, что защитники стен не были в состоянии открыть ни рот, ни глаза, и ошеломленные и приведенные в замешательство потоком густого дыма, оставили стены без защиты». [10]

Это стало переломным моментом в атаке — крестоносцы перекинули на стены деревянные мостки и устремились в город. Первым прорвался рыцарь Летольд, за ним последовали Готфрид Бульонский и Танкред Тарентский. Раймунд Тулузский, армия которого штурмовала город с другой стороны, узнал о прорыве и тоже устремился в Иерусалим через южные ворота. Увидев, что город пал, эмир гарнизона башни Давида сдался и открыл Яффские ворота.

Резня и разграбление города

После того, как крестоносцы ворвались в город, началась резня. Стоя «по лодыжки в крови», [11] крестоносцы разили мечом всех подряд — мусульман, евреев, немногих оставшихся в городе христиан — и превратили Иерусалим в настоящую бойню.

Некоторые из горожан попытались укрыться на крыше храма (хроника утверждает, что это произошло в храме Соломона, но, так как он был разрушен при взятии Иерусалима Титом, вероятно имеется в виду мечеть Аль-Акса на Храмовой горе, где по мнению крестоносцев ранее стоял храм). Сначала Танкред Тарентский и Гастон Беарнский взяли их под свою защиту, передав в качестве охранного символа свои знамена, однако на утро крестоносцы незаметно окружили просидевших всю ночь на крыше горожан и «обнажив мечи, стали обезглавливать мужчин и женщин». [12] Так, к утру 16 июля практически все население Иерусалима было перебито.

О чудовищной жестокости христиан, сотворивших «ужасное кровопролитие», [13] сообщается во многих хрониках и документах того времени. В письме папе Пасхалию II Готфрид Бульонский, Раймунд Тулузский и архиепископ Пизанский сообщают — «ежели вы желаете знать, что было сделано со врагами, обнаруженными там, знайте, что на Соломоновой Паперти и в его храме кони наших воинов шли по колено в крови сарацинов». [14] Раймунд Ажильский, наблюдавший падение Иерусалима своими глазами, так описывает бесчинства крестоносцев: [15]

Среди первых ворвались Танкред и герцог Лотарингский, — и сколько они пролили в тот день крови, едва ли можно поверить. Потом поднялись на стены и все остальные, и сарацины сникли. Удивительное, однако, дело: уже когда город был захвачен французами, тем, кто был с графом, сарацины все еще оказывали сопротивление, словно и не были разгромлены наголову. Но вот наши овладели укреплениями и башнями города, и тут ты увидел бы поразительное зрелище: одни из сарацин были с разбитыми головами, что являлось для них более легкой смертью; другие, пронзенные стрелами, вынуждены были бросаться с укреплений; третьи долго мучились и погибали, сгорая в пламени. На улицах и площадях города можно было видеть кучи голов, рук и ног. Пешие и конные то и дело натыкались на трупы, валявшиеся безо всякого.

<…> Достаточно сказать, что в храме Соломоновом и в его портике передвигались на конях в крови, доходившей дс колен всадника и до уздечки коней. По справедливому божьему правосудию то самое место истекало кровью тех, чьи богохульства оно же столь долго переносило. Когда город был переполнен трупами и кровью, некоторые из неприятелей искали убежище в башне Давида и своей десницей просили графа Раймунда сохранить им жизнь, и сдали ему эту крепость.

Раймунду вторит Гийом Тирский: [16]

Невозможно было смотреть без ужаса, как валялись всюду тела убитых и разбросанные части тела и как вся земля была залита кровью. И не только обезображенные трупы и отрубленные головы представляли страшное зрелище, но еще более приводило в содрогание то, что сами победители с головы до пят были в крови и наводили ужас на всякого встречного. В черте храма, говорят, погибло около 10 тысяч врагов, не считая тех, что были убиты там и сям в городе и устилали улицы и площади; число их, говорят, было не меньше. Остальные части войска разбежались по городу и, выволакивая, как скот, из узких и отдаленных переулков несчастных, которые хотели укрыться там от смерти, убивали их.

Другие, разделившись на отряды, врывались в дома и хватали отцов семейств с женами, детьми и всеми домочадцами и закалывали их мечами или сбрасывали с каких-либо возвышенных мест на землю, так что они погибали, разбившись. При этом каждый, ворвавшись в дом, обращал его в свою собственность со всем, что находилось в нем, ибо еще до взятия города было согласовано между крестоносцами, что по завоевании его каждый сможет владеть на вечные времена по праву собственности, без смущения, всем, что ему удастся захватить. Потому они особенно тщательно осматривали город и более дерзко убивали граждан. Они проникали в самые уединенные и тайные убежища, вламывались в дома жителей, и каждый вешал на дверях дома щит или какое-либо другое оружие, как знак для приближающегося — не останавливаться здесь, а проходить мимо, ибо место это уже занято другими.

Крестоносцы не только поразили мечом всех, кто попадался им на пути, но и разграбили город. Они врывались в дома и храмы, присваивая себе все ценности, какие только могли найти. Танкред Тарентский вынес из храма Соломона «несметное количество золота, серебра и драгоценных камней». [17] Правда, по утверждению Гийома Тирского, затем он якобы вернул награбленное. После бойни крестоносцы, «радуясь и плача от безмерной радости», [18] отправились поклониться Гробу Господню в знак того, что выполнили обет и отвоевали у мусульман Иерусалим.

После победы

После падения города правителем новообразованного Иерусалимского королевства стал Готфрид Бульонский (по свидетельству Раймунда Ажильского и Альберта Аахенского корона сначала была предложена графу Тулузскому, но он отказался принять ее). Готфрид не захотел называться королем в городе, где Христос был коронован терновым венцом, поэтому 22 июля 1099 года принял титул Защитника Гроба Господня (лат. Advocatus Sancti Sepulchri). 1 августа был избран первый латинский патриарх Иерусалима. Им стал Арнульф Шокесский, капеллан Роберта Нормандского. 5 августа, доспросив нескольких чудом уцелевших горожан, Арнульф узнал местонахождение священной реликвии — креста, на котором распяли Иисуса.

В начале августа Готфрид возглавил поход против приближающейся армии ал-Афдала и 12 августа разбил мусульман при Аскалоне. После этой победы воины Христовы сочли свой долг выполненным и большинство из них вернулось на родину.

Примечания

  1. Раймунд Ажильский. История франков, которые взяли Иерусалим
  2. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  3. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  4. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  5. Хожение Даниила, игумена Русской Земли
  6. Раймунд Ажильский. История франков, которые взяли Иерусалим
  7. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  8. Гийом Тирский. История деяний в заморских краях
  9. Раймунд Ажильский. История франков, которые взяли Иерусалим
  10. Гийом Тирский. История деяний в заморских краях
  11. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  12. Деяния франков и прочих иерусалимцев
  13. Гийом Тирский. История деяний в заморских краях
  14. Письмо крестоносцев папе Пасхалию II
  15. Раймунд Ажильский. История франков, которые взяли Иерусалим
  16. Гийом Тирский. История деяний в заморских краях
  17. Гийом Тирский. История деяний в заморских краях
  18. Деяния франков и прочих иерусалимцев

Ссылки

Эта статья входит в число хороших статей русского раздела Википедии.
 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home